Фриндж

С точки зрения аудитории, «Фриндж» выглядит как ничем не ограниченный, буйный, альтруистический по сути фестиваль. С точки зрения исполнителей, это состязательная арена, где высоки и планки, и ставки, и накал конкурентной борьбы — и по этой причине здесь, как правило, представлены лучшие работы участников. Схема, которая работает каждое лето в Эдинбурге, срабатывала во многих ситуациях, описанных нами в этой главе: это архитектура участия, при помощи которой конкуренция между индивидуумами оборачивается групповым сотрудничеством. Чтобы сделать свою организацию как можно более конкурентоспособной, обеспечьте максимум возможностей сотрудничества с как можно большим количеством умных людей за её пределами. Чтобы максимизировать эффективность такого «народного» сотрудничества, заставьте участников соревноваться друг с другом — и учиться друг у друга в процессе соревнования, Чтобы вы лично получили максимум знаний, минимизируйте природный инстинкт лидерства — контролировать происходящее между участниками.
Переварить последний пункт будет труднее всего. Как лидер, Пол Гаджин неустанно проповедует самому себе добродетель самообладания. Каждый год, вне зависимости от того, насколько успешно прошёл «Фриндж», неизбежно возникают критические отзывы и кривотолки — слишком много комедии, недостаточно авангардной драмы, слишком мало суперпопулярных шоу (или слишком много суперпопулярных шоу, что означает — «Фриндж» не хочет рисковать). И каждый год Гаджин с коллегами борются с соблазном воспользоваться своим авторитетом, чтобы подправить либо качество, либо ассортимент представлений.
«Наша задача — делать только самое необходимое для того, чтобы мероприятие состоялось, — подчеркивает он. — Самое худшее, что мы можем сделать, — это решать, каким должен быть фестиваль в Эдинбурге, и вмешиваться в то, что я называю подбором программы с черного хода. Самая главная моя обязанность — следить, чтобы именно зрители и артисты решали, каким должен быть фестиваль. Нам лишь нужно устанавливать как можно меньше правил».