Звонок будильника

Даже услышав этот «звонок будильника», конгресс и администрация Буша ограничились тем, что закрыли только ту «дверь амбара», которой пользовались Enron, WorldCom и им подобные. Закон Сарбейнса — Оксли от 2002 года установил новые стандарты корпоративной финансовой отчетности (и к 2007 году оказался под шквальным огнем критики со стороны делового сообщества, недовольного тем, что его требования были слишком строгими). Однако никому из тех, кто был у власти, почему-то не пришло в голову, что некоторые из ингредиентов, сделавших возможными финансовые инновации Enron, скорее всего остались прежними, хотя и стали применяться в новых сочетаниях друг с другом; особенно это относилось к финансовым инновациям, о которых так мечтали банки Уолл-стрит, жаждавшие увеличения платежей за совершаемые сделки; к приемам использования забалансового бухгалтерского учета; к вяло выполняющим свои обязанности рейтинговым агентствам; к доверчивым инвесторам; в значительной степени прирученным СМИ; а также к неэффективно действующим федеральным регулирующим органам.
Комиссия по ценным бумагам и биржам — главный регулирующий орган страны на рынках ценных бумаг и деятельности инвестиционных банков — вскоре после случая с Enron на какое-то время активизировалась, но в период с 2005 по 2009 год, когда в SEC председателем был Кристофер Кокс, опять успокоилась. При Коксе пять членов комиссии, которые руководили агентством, часто тормозили начало проведения расследования, задерживали утверждение соглашений по урегулированию или снижали размер штрафов, рекомендованных правоохранительными органами, из- за чего общая сумма штрафов уменьшилась на 84 процента. Вместо того чтобы сосредоточить усилия на применении действующих норм на практике, некоторые члены SEC, вроде Пола Аткинса, утверждали, что комиссия должна отменить правила, которые на свободном рынке, как считается, приводят к чрезмерным расходам.